Студентка

Stuffing. Реальность и фантастика

СТУДЕНТКА
Лена открыла глаза. Ее щеку приятно грел сонечный луч. День обещал быть хорошим. Девушка повернула голову — соседняя кровать была пуста.
Ее соседка по комнате общежития пединститута, третьекурсница Оля давно уже отправилась на вокзал, на выходные к родителям. Родители Лены жили
слишком далеко, чтобы навещать их каждые выходные, и эти два дня девушка планировала провести в студгородке. По крайней мере, субботу.
Лена откинула одеяло, обнажив налитые груди четвертого размера — она всегда спала только в трусиках — и сладко потянулась.
Соседок по блоку тоже не было — их комната будет пустовать еще неделю. Все готово! Девушка спрыгнула на пол, и, пошарив под кроватью
извлекла весы и ленту-сантиметр. Следом за ними появился пакет, в котором была груша от тонометра, соединенная резиновой трубкой с наконечником клизмы.
Ленка прошлепала к холодильнику и не без труда вытащила на стол большой арбуз, а следом — две двухлитровых бутылки колы.
Полюбовавшись получившимся натюрмортом, девушка встала на весы. Весы показали ровно 74 кило. Взяв сантиметр, Лена измерила окружность своего,
пока еще небольшого пузика. 82 сантиметра. — запишем! — сказала она вслух.
Полчаса спустя девушка вышла из блока. В свободной маечке и мягких шортах на завязках, Лена шла пустыми коридорами общаги к своей цели — столовой.
— надо размяться — сказала она себе. В столовой, несмотря на почти обеденное время, было пусто. За стойкой стояла хорошо знакомая Лене тетя Таня.
Эта женщина неопределенного возраста казалось, обладала навязчивой идеей — накормить всех вокруг. Ленка же была не из тех, кого надо упрашивать взять
добавку — и они быстро нашли общий язык. Тетя Таня всегда накладывала огромные порции — и Лена всегда уходила из столовой с ощущением приятной
тяжести в животе.
— здравствуй, Леночка! Что-то ты пораньше сегодня? Уже проголодалась?
— здравствуйте! Еще как! Я вот думаю — совместить завтрак и обед — хихикнула девушка.
— может тебе две порции наложить?
— давайте, и еще с добавкой!
На подносе перед ней возникли две огромных дымящихся горы макарон, шесть куриных ножек и два стакана компота.
— ой, спасибо, тетя Таня, поем от пуза!
Ленка расположилась за столиком и принялась уплетать за обе щеки. Через полчаса обе тарелки опустели. Лена сделала последний глоток компота,
с удовольствием ощутив, как холодная жидкость опускается внутри и растворяется в теплой увесистой массе еды, распирающей желудок.
Ленка отдышалась и отнесла поднос с опустевшей посудой к стойке.
— покушала? Добавки хватило? — засуетилась тетя Таня
— ага! — девушка хлопнула по животу, отозвавшемуся глухим, как у барабана, звуком. Маечка на ней уже не висела свободно, а плотно облегала
выступившее пузико.
— ну хоть видно, что ты сытая теперь!
Но аппетит у девушки только разгорелся. Огромное для большинства людей количество еды, на самом деле ее почти не обременило. Лена не без
удовольствия ощущала, как ее отяжелевший живот переваливается при каждом шаге. Никого не встретив по дороге, она вернулась в блок. Встав у зеркала в
профиль, задрала маечку и слегка надавила пальцами на живот. Под мягким слоем жирка он был уже достаточно тугим, но девушка знала — он способен
вместить еще немало. Лена опустилась на кровать и легла на живот — пока еще могла — и сразу застонала от возбуждения. От давления она чувствовала очень
легкую, скорее приятную боль, и ощущение внутренней полноты было еще сильнее. Упираясь пузом в кровать, Лена ласкала себя… Но полного наслаждения пока
не получить… Девушка жадно посмотрела на арбуз на столе, потом сползла с кровати, взяла в руки арбуз и прижала его к животу. Ей представилось,
как тяжелый полосатый шар целиком заполняет ее внутренности, как разъезжаются шортики и маечка… Как жаль, что его не проглотить целиком!
… Лена в последний раз вонзила зубы в сочную мякоть последней четвертушки огромной ягоды и откинула корку на пол. Она полулежала на кровати,
опираясь на локоть, капли сладкого сока падали с подбородка на грудь, и приятно холодили горячее тело, скатываясь в ложбинку между грудями. Несмотря на
поглощение холодного арбуза, девушке было жарко — тяжело перегруженный желудок заставлял сердце усиленно разгонять кровь. На лбу Лены выступил пот.
Теперь она уже чувствовала значительную тяжесть. Девушка тяжело поднялась и вперевалку подошла к зеркалу.
— красота… — довольно прошептала она. И с этим было трудно не согласиться — если в обычном состоянии ее живот был пухленьким (когда Лена
ложилась на спину — становился практически ровным, стоя — немного выпирал), после обеда — выступал сильнее, вровень с грудью, то теперь, вместив арбуз,
заметно округлился и торчал вперед уже дальше ее сосков. Наклонив голову, девушка не видела своих коленей. Ей пришлось проявить некоторую ловкость,
чтобы увидеть цифры на дисплее весов «78,7». Лента сантиметра, обвитая по тому месту, где еще недавно была талия, сошлась на цифрах 101.
— хехе! На второй метр пошла!
Но место внутри еще было. Лена ощущала, что это не предел. Она распахнула окно, и, стащив со стола колу, рухнула на кровать. Полулежа на локте
девушка втягивала шипящую жидкость большими глотками, пересиливая стремление желудка выплеснуть все содержимое обратно. Лена с удовольствием
представляла, как газы еще больше будут распирать ее изнутри, и этот процесс будет идти уже сам по себе… В тишине комнаты, нарушаемой только бульканьем колы,
телефонный звонок прозвучал настолько резко, что девушка вздрогнула. Телефон лежал на тумбочке у двери, и сначала Лена хотела проигнорировать его, но звонки
настойчиво продолжались.
— ладно — подумала она — возьму. Заодно кола растрясется и меня, быть может, разопрет получше. С этой мыслью девушка сделала последний глоток из первой бутылки, и,
взявшись за живот пошла к телефону.
— Привет, Машка! — Голос? (черт, спалила по голосу что мне тяжко) — да это я проснулась только. Что в понедельник? Слушай, а зачем тебе это сейчас? — Аа, не
заходя домой в универ поедешь… Дая сама пока не запомнила это расписание, сейчас гляну (так, а где у меня расписание? Конечно в сумке под столом! Как бы мне ее
достать?) — да вспоминаю где оно, подожди! Да сама ты с похмелья, простудилась я походу, потому такой голос, и не выспалась, потому туплю! (так, сейчас мы наклонимся
и… ой-ой! Не наклонимся!) — да это меня что-то в ногу кольнуло!
Лена опустилась на колени. Живот лег на бедра, и свободной от телефона рукой теперь можно было не поддерживать его, а вытащить наконец сумку и извлечь из нее
расписание. Продиктовав его подруге, она положила трубку и почувствовала себя совсем обессиленной. Видимо, вся энергия тратилась на работу желудка. На кровати лежала
только начатая вторая бутылка колы. Девушка с сомнением посмотрела на нее. Потом на живот. И снова на бутылку. В голове боролись мысли — ангел и дьявол:
— хватит! Ты же едва можешь двигаться!
— какая красота! Он может стать еще больше!
— он уже раздут так, что полтора литра сильно вид не изменят!
— ты почувствешь себя еще полнее. Ты сможешь! Давай, к 80 кило!
— Лена, остановись! Тебе будет очень плохо!
— давай, Ленка! Это будет кайф!
— ну ладно — сказала про себя девушка — смогу добраться до колы — продолжу, ну а нет — значит не судьба. Лена лукавила. Она чувствовала, что передвигаться
еше может, хоть и с большим трудом. А значит, она продолжит. Но встать теперь, когда она, настолько отяжелевшая, сидела на коленях, оказалось труднее… Ленка
наклонилась вперед и уперлась руками в пол. Пузо булькнуло и запротестовало сжатию, но Лена уже стояла на четвереньках. Живот опрокинулся и повис, как набитый мешок.
Лена поползла к кровати, ощущая как груди и живот тяжело раскачиваются при каждом движении. Девушка села на колени, привалившись спиной к краю кровати, и, отдышавшись,
взяла бутылку и поднесла к губам… Живот одним краем лег на ее ляжку, и Лена почувствовала как он вздрагивает при каждом глотке.
— он становится больше… с каждым глотком… круглее и тяжелее. Как будто у беременной. Я обременена поглощенным, от моей былой бойкой шустрости ничего не
осталось, теперь я тяжела и неповоротлива. И это прекрасно!
Кола упорно лезла обратно, казалось, она уже не опускается в живот, а стоит в горле. Лена дышала мелко и часто, сердце колотилось в груди. Бутылка опустела.
Вторая двухлитровая бутылка, после арбуза, съеденного после плотного обеда. Да, это был рекорд! Теперь Лена чувствовала, что не может сдвинуться с места. Ей очень
хотелось взвеситься, но девушка поняла, что при попытке встать на ноги ее или вырвет, или разорвет.Впрочем, вес ее определить было несложно — прибавить к тому, что было,
еще четыре килограмма… выходило 82,7. Охват живота она измерила не вставая, благо сантиметр был под рукой. Лента сошлась на делении 111. Но девушка уже не могла
остановиться. Ей хотелось еще и еще. Понимая, что сверху в нее уже не влезет ни крошки и ни капли, Лена сама себе злорадно улыбнулась и стащила с кровати резиновую
грушу со шлангом и наконечником. Девушка вся дрожала от возбуждения, и ей стоило некоторых трудов вставить наконечник в собственую попу. Наконец, это ей удалось. Лена
начала одной рукой качать грушу а другой в такт ласкать себя. Каждое сжатие груши отдавалось острой болью в животе, и горячим толчком кайфа. Девушка застонала, не
понимая, от боли или от удовольствия — а может и от всего сразу. Ее тело сотряс оргазм. Девушка взвыла от удовольствия и боли.
Лена не помнила, сколько она так просидела, растворяясь в удовольствии каждой клеткой своего тела. Она сидела на полу, забрызганном арбузным соком и колой, у
кровати с перемятой и заляпанной постелью, вся мокрая от пота, в насквозь мокрых трусиках, с огромным круглым животом и торчащим из попы шлангом с грушей.
И в этот момент в двери комнаты тихо щелкнул ключ.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

+6
19:29
259
RSS
19:12
Шикарно…